ИМПЛАНТАЦИЯ ПЭКС, 
или Рассказ о том, как мне «вшивали железяку»

За долгие годы беззаветной службы Отечеству мой организм порядком поизносился. Сказались, естественно, и регулярные нарушения спортивного режима. Как бы то ни было, но сердце стало пошаливать. И даже делать маленькие передышки: пульс временами снижался до 32 ударов в минуту, да и остановочки случались. Головокружения, слабость и прочие неприятности…
Короче, вердикт врачей был прост: нечего себя подстегивать бабушкиными методами, пора приобщаться к передовой технике. Нужно ставить электрокардиостимулятор… 
Меня это несколько озадачило. Как так? В моем любимом теле появится вшитая «железяка», через вену пропихнут два провода, и эта самая «железяка» начтет сердце током подергивать. Работай, мол, не ленись! Честно скажу, мне этой радости не хотелось. А тут еще весна на дворе, лето красное скоро. Вставят «железяку» – поневоле ограничения разные начнутся. А как купаться? А по грибы-ягоды? А на даче у любимой тещи по хозяйству шевелиться?
Стал я прислушиваться к разговорам пациентов и людей, уже живущих с имплантированными кардиостимуляторами. В целом картина вырисовывалась нерадостная. Привыкают, мол, к «железяке» от полугода до года. Когда идет привыкание, субъективно себя чувствуешь, мол, хуже, чем раньше. Одна женщина еще и такую мысль высказала:
- Раньше я твердо знала, что могу умереть в любую минуту. А сейчас все время волнуюсь: вытащит меня кардиостимулятор или не вытащит?
А тут еще к нам погостить приехала свояченица, которая уже 11 лет живет с кардиостимулятором. Порасспрашивал я ее, полюбопытствовал. Она без долгих разговоров вынула инструкцию, что можно делать, а что нельзя. Купаться нельзя, дрова рубить нельзя, потягиваться нельзя, тяжести носить нельзя, микроволновку нужно обходить за пять метров, телефонами и радиостанциями пользоваться следует с превеликой осторожностью и прочее, и прочее. Короче, такая жизнь не в радость. Одна мысль меня успокаивала: кардиостимулятор у нее старый, а техника-то вон как быстро развивается!
Пришел я в Военно-медицинскую академию на консультацию к кардиохирургу кандидату медицинских наук Максиму Викторовичу Диденко. Поделился опасениями. А он смеется:
- Кто вам такую ерунду сказал?
И подает мне другую инструкцию. Смотрю – и глазам не верю. Купаться можно, спортом заниматься можно, по хозяйству почти все можно. Не рекомендуют только мотопилой «Дружба» пользоваться и еще кое-чем. На лесоповал я пока не собираюсь, так что новая инструкция меня обрадовала. Но на всякий случай решил оттянуть операцию до осени. Как потом выяснилось, поступил я правильно. Летом меня любимый внук по любой погоде по четыре раза на озеро купаться таскал, в лес ходили и так далее. Короче, окреп, жирок скинул.
Осенью после положенных анализов лег на операцию. Шутливо-ироничный тон, который установился у нас с врачами, сделал грядущую операцию не страшной. Видел я людей, которые очень уж беспокоились об исходе. А чего беспокоиться? Все равно, как говорят социологи, вероятность смерти равна ста процентам. Все там будем, все в землю ляжем. Хочется только попозднее. Еще есть у нас дела на этом свете.
И вот я на операционном столе.
- Не боитесь?, - спрашивает меня Диденко, который сам оперировал.
- А вы на самолете летать или на подводной лодке погружаться боитесь? Мы ведь часто доверяем свою жизнь профессионализму других людей, - отвечаю.
Во взаимных подшучиваниях так и приступили к операции. Даже бедную Оксану, операционную сестру, задразнили. Ушла она из поля моего зрения. И если раньше я мог видеть ее смеющиеся глаза, то теперь смотрел в пустой угол. 
Между тем, Диденко и ассистировавший ему мой лечащий врач Константин Николаевич Шорохов делали свое дело. Никаких неприятных ощущений я не испытывал. Хотелось только хоть одним глазком взглянуть, что там врачи делают.
В доступном для моего взора углу появился какой-то незнакомый врач с двумя длинными «рейками» в плоских коробочках. Когда уже вставили электроды и «железяку» и закончили делать шов, этот врач исчез так же внезапно, как и появился.
Диденко показал мне на мониторе плоды своих трудов: сам электрокардиостимулятор, электроды в предсердии и желудочке. Меня это почему-то не впечатлило. За годы жизни всякую технику повидал и на разные экраны насмотрелся. Как-то не верилось, что этот прибор уже во мне.
Перегрузили меня на каталку и отвезли в послеоперационную палату. Началось самое тяжелое испытание. Нужно было до следующего утра лежать почти без движения. Ничего, вытерпел. Потом разрешили ходить и живенько шевелиться. А на следующий день меня уже выписали из клиники.
Первые два дня у меня что-то побаливали плечи, шея и голова. По случаю обратился к Диденко и Шорохову. Что делать и кто виноват? Смеются:
- Невралгия после неподвижного лежания. Нужен массаж, - говорит Шорохов.
- А лучше плавание, - дополняет Диденко.
- Берете молодые женские руки…
- И плаваете, плаваете, плаваете…
Действительно, молодые женские руки моей жены за два сеанса привели меня в порядок.
К «железяке» я привык очень быстро. Уже через две недели по сути дела перестал ощущать ПЭКС как инородное тело.
Самочувствие и здоровье резко улучшились. Головокружения пропали, работоспособность повысилась. Был «перенапряг» на работе, но я с ним справился без последствий. Испытал «железяку» на термостойкость: пошел с внуком в баню. Два захода в сауну, три – в русскую парилку, несколько купаний в прохладном бассейне. Все в порядке. Пока еще не дошел я до тех стандартов, что в молодости. Но уже интерес к жизни появился. Спасибо создателям электрокардиостимулятора и медикам!
Кстати, о медиках. Может, мне просто повезло, и я попал в хорошую клинику. Обычно у нас больницы ругают. Я же не могу сказать ничего дурного о 1-й хирургической клинике усовершенствования врачей имени П. А. Куприянова Военно-медицинской академии. Отношение персонала к пациентам уважительное и доброжелательное, даже кормежка хорошая. 
Сердечники, не бойтесь вшивать «железяку»! В нашей жизни еще много будет радостей!

Сергей Михайлов